Не всякий долг платежом красен

Иногда в бизнесе отношения займа лишь имитируются - де-юре заемщик де-факто становится должником под совершенно иное, известное лишь сторонам обязательство. С исполнением последнего расписка аннулируется. А если кредитор вдруг вышел из игры и оперирует выпиской в суде как полноценным долговым документом?

Спасительные презумпции

Интересы псевдозаимодавца надежно защищены, так как подкрепленные таким документом требования о взыскании "долга" суд априори воспримет за чистую монету, лишь уяснив, что заемщик свою подпись признает и поставил ее добровольно.
Подобный эксцесс вылился в четыре гражданских дела, возбужденных по искам к гражданину В., подписавшему 10 безденежных расписок четырем дольщикам в строительстве жилья.
Расписки на 8,5 млн. руб. были даны в том, что он, как руководитель компании-застройщика, обеспечит выделение жилплощади по фиксированной цене. По его утверждению, условие о цене было выполнено, но дольщики вопреки договоренностям расписки не аннулировали.
Судья отвергал даже ходатайства об объединении этих явно однородных дел в одно производство (ст. 151 ГПК РФ). Их соединение составляло один из ключевых пунктов программы защиты интересов В. Этот судебный процесс высветил сразу несколько правовых проблем, неоднозначно решаемых в судебной практике.
Нонсенс: отступив от обычаев делового оборота, В. выдал расписки в трех экземплярах по каждой сделке, то есть поставил 30 подписей! Наличие при нем в суде по одному из них дало возможность прибегнуть к презумпции "нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства" (п. 2 ст. 408 ГК РФ). А заодно - сместить акценты в распределении бремени доказывания. Объяснить по-иному факт нахождения расписок у должника для кредитора весьма проблематично. Поэтому истцы ограничились заявлением о неприменимости презумпции, мотивируя тем, что у него имеются не все экземпляры расписок.
Представляется, что в подобной ситуации закон на стороне заемщика. Более того, в данной ситуации его интересы защищены еще одной презумпцией - добросовестности и разумности (п. 3 ст. 10 ГК РФ).
Презумпция, закрепленная в п. 2 ст. 408 ГК РФ, могла бы стать самостоятельным основанием к отказу в исках, но тогда бы истцы выглядели экс-, а не псевдозаимодавцами. Поэтому предстояло обосновать юридическую недействительность сделок.

Совместимы ли требования?

Изначально предъявленные В. встречные иски о признании договоров займа незаключенными по их безденежности носили скорее риторический характер из-за дефицита доказательств.
Отношения долевого участия и отношения займа вполне могут соседствовать. Действительно, продуктивными явились бы иски о признании сделок займа недействительными (ничтожными) ввиду их притворности.
Однако суд оставил их без рассмотрения, ссылаясь на то, что встречный иск по делу может быть предъявлен лишь единожды.
Применительно к арбитражному процессу существуют как приверженцы такого подхода <1>, так и противники <2>. Арбитражной судебной практике известны случаи, когда вторичные встречные иски суды к рассмотрению принимают <3>.
--------------------------------
<1> Саблин М.Т. Взыскание долгов: от профилактики до принуждения: практическое руководство по управлению дебиторской задолженностью. М.: Волтерс Клувер, 2011; Ларина Н.В. Встречный иск в арбитражном процессе // Журнал российского права. 2004. N 8.
<2> Попов В.В. Проблемы взаимосвязи институтов встречного иска и процессуальных сроков // Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов / Под ред. Л.Ф. Лесницкой, М.А. Рожковой. М.: Статут, 2008.
<3> Постановление Президиума ВАС РФ от 22.01.2008 N 9713/06; Определение ВАС РФ от 19.10.2007 N 9713/06; Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 20.05.2003 по делу N Ф08-1365/2003.

Представляется, что ГПК РФ количеством встречных исков, которые могут быть предъявлены по одному делу, ответчика не лимитирует. Если, разумеется, они отличаются от уже принятых по предмету и (или) по основаниям (ст. 222 ГПК РФ).
Задачу разрешили иным путем. В суд был отдельно подан идентичный иск с ходатайством об объединении в одно производство теперь уже пяти дел.
В нем вся цепь фактов была логически выстроена в цельную правовую картину с обоснованием того, что в прикрываемой сделке (соглашении о цене) истцы связаны общим интересом с указанием роли других аффилированных лиц и с приведением иных документов и обстоятельств, расставляющих все точки над i.
В итоге решение суд принял по объединенному делу N 2-1203/11 <4>. Оговорюсь в пользу В.: суды кассационной и надзорной инстанций с ним согласились.
--------------------------------
<4> Гражданское дело N 2-1203/11, рассмотренное Советским районным судом г. Краснодара.

Удовлетворив второй встречный иск, то есть признав, что деньги по распискам не передавались и сделки являются притворными, суд указал в решении, что это одновременно означает и их безденежность.
Подачу второго встречного иска суд расценил как уточнение ответчиком его прежней материально-правовой позиции.
Представляется, что эти требования все же друг друга не исключают.
С одной стороны, данный договор относится к категории не консенсуальных, а реальных <5>. Поэтому отсутствие факта передачи заемщиком объекта займа является самостоятельным основанием для оценки его на предмет незаключенности по безденежности.
--------------------------------
<5> Пункт 2 ст. 433, п. 1 ст. 807, п. 3 ст. 812 ГК РФ.

С другой стороны, самостоятельным основанием для его оценки на предмет ничтожности (притворности) являются доводы о порочности воли сторон, то есть ее направленности на иной юридический результат.
Более того, с учетом специфики притворной сделки разрешение последнего требования открывает суду возможность применить соответствующие правила к прикрываемой сделке, которую стороны действительно имели в виду (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

О правовом статусе расписки

В данном деле вновь возник вопрос о юридической природе расписки.
Данные сделки подпадают под требование о заключении их в простой письменной форме <6>.
--------------------------------
<6> Подпункт 2 п. 1 ст. 161, п. 1 ст. 808 ГК РФ.

Варианты ее соблюдения приведены в общих нормах <7>: составление и подписание сторонами одного документа, обмен документами либо принятие письменного предложения заключить договор, совершение получателем оферты действий по выполнению указанных в ней условий договора (уплаты соответствующей суммы и т.п.).
--------------------------------
<7> Пункт 1 ст. 160, п. п. 2, 3 ст. 434, п. 3 ст. 438 ГК РФ.

Между тем указание в специальной норме (п. 2 ст. 808 ГК РФ) на то, что расписка заемщика может быть представлена в подтверждение договора займа и его условий, создает неопределенность в правовом значении этого документа: это собственно договор займа, доказательство его заключения или же доказательство передачи денег?
В судебно-арбитражной практике имеют место случаи придания расписке или иному денежному документу значения договора займа, заключенного в письменной форме. В других случаях суды признают подобный документ как доказательство передачи объекта займа и не признают письменную форму договора соблюденной.
Согласно одной из точек зрения <8> она сама по себе олицетворяет соблюдение письменной формы договора займа. Однако к договору займа, притворному или безденежному, это неприменимо.
--------------------------------
<8> Киминчижи Е.Н. Замечания о юридической природе долговой расписки // Исполнительное право. 2008. N 2.

Представляется правильным подход суда по делу N 2-1203/11, в котором договор признан заключенным по третьему варианту: расписка сочтена офертой, а гипотетическая передача денег - акцептом (п. 2 ст. 432 ГК РФ).

Исковая давность неприменима

Право на судебную защиту было реализовано истцами аккурат перед истечением исковой давности. Видимо, для того, чтобы наверняка вывести из игры возможный встречный иск. И действительно, заявление о применении исковой давности к встречным искам не заставило себя ждать.
Обычно применительно к ничтожной сделке предъявляются два исковых требования - о признании ее недействительной (промежуточная цель) и о применении последствий ее недействительности (конечная цель). Законодатель же установил срок исковой давности лишь относительно последнего (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Из этого следует, что к первому институт исковой давности неприменим.
Между тем высшие судебные инстанции ставят между этими требованиями знак равенства <9>, что применительно к притворной сделке представляется неприменимым.
--------------------------------
<9> Пункт 32 Постановления Пленума ВС РФ N 6, Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 8.

Как указано в этой же норме, течение срока исковой давности по второму требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Но ведь притворная сделка потому так и именуется, что стороны исполняют не ее, а прикрываемую.
Более того, ст. 170 ГК РФ предписывает применять правила, а значит, и положения об исковой давности, именно к прикрываемой сделке.
По делу N 2-1203/11 суд учел особенность конструкции притворной сделки и признал, что по общим правилам исковой давности (ст. 200 ГК РФ) она применима лишь к прикрываемой сделке - соглашению о цене.
Последнее исковыми требованиями не охватывалось и самостоятельной сделкой не является. В противном случае возник бы вопрос и о его юридической действительности, а отсюда - и о применимости исковой давности.
В этой связи внимания заслуживает точка зрения, согласно которой на первое из указанных требований исковая давность вообще не распространяется. Она базируется главным образом на том, что условия ничтожной сделки юридических последствий не влекут и ее исполнения не происходит.
Таким образом, дело N 2-1203/11 продемонстрировало закономерность: чем с большим числом пороков сопряжен договор займа, тем больше шансов на успешный исход спора у правой стороны. Главное - их распознать и сполна задействовать.

В. Шрамченко
 

Комментарии 0

Вы допустили ошибки при заполнении формы