Возникновение права на жилое помещение у членов семьи нанимателя по договору социального найма

Первоначально на стороне нанимателя по договору социального найма выступают: гражданин, который состоял на учете нуждающихся в жилом помещении и в отношении которого было принято решение о предоставлении жилого помещения, а также граждане, которые являются членами его семьи и которые указаны в договоре социального найма (ч. 3 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ)), несмотря на то что первого закон прямо называет нанимателем, а последних - членами семьи нанимателя. В действительности и наниматель, и члены его семьи являются сонанимателями, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 69 ЖК РФ члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора социального найма, а дееспособные члены его семьи, кроме того, несут солидарную с нанимателем имущественную ответственность по обязательствам, вытекающим из указанного договора. При этом не должны приниматься во внимание положения п. 3 ст. 677 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) о том, что наниматель несет ответственность перед наймодателем за действия граждан, проживающих с ним, поскольку в силу п. 3 ст. 672 ГК РФ данное положение применяется к договору социального найма лишь в том случае, если иное не установлено жилищным законодательством.
В то же время состав членов семьи нанимателя по договору социального найма может со временем измениться, для чего ему предоставлено право вселить в занимаемое им жилое помещение других граждан в качестве членов своей семьи (ст. 70 ЖК РФ). Ранее данное право нанимателя было урегулировано ст. 54 ЖК РСФСР, и в качестве условия такого вселения в ней содержалось требование соблюдения некоего "установленного порядка". Правоприменительная практика придала словам "в установленном порядке" такое значение, согласно которому под вселением в установленном порядке понималось, как правило, вселение в жилое помещение с соблюдением положений о прописке <1>. Суд мог признать членом семьи нанимателя лицо, вселенное без соблюдения правил о прописке, лишь в том случае, если в прописке было необоснованно отказано <2>. В настоящее время следует учитывать, что соблюдение правил регистрации по месту жительства не должно восприниматься как условие вселения <3>, что достаточно подробно освещено в литературе.
--------------------------------
<1> Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. N 2 "О практике применения судами жилищного законодательства" // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по гражданским делам. М., 1994.
<2> Социалистическая законность. 1990. N 6. С. 77. В то же время иногда суды признавали право пользования жилым помещением без соблюдения правил о прописке и при отсутствии необоснованного отказа в ней (см., напр.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 29 марта 1991 г. по делу по иску Присяжнюк С.И. к Манукяну А.В. (извлечение) // Вестник Верховного Суда СССР. 1991. N 8).
<3> Постановление Конституционного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. N 3-П "По делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 54 Жилищного кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданки Л.Н. Ситаловой".

Понятие членов семьи нанимателя раскрывается в ч. 1 ст. 69 ЖК РФ. С точки зрения теории фактических составов в жилищном праве особенно интересными представляются случаи признания членами семьи нанимателя других (помимо супруга, детей и родителей) родственников нанимателя, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц.
Для признания права на жилое помещение по договору социального найма за другими родственниками и нетрудоспособными иждивенцами закон (ч. 1 ст. 69 и ч. 1 ст. 70 ЖК РФ) в настоящее время устанавливает следующий фактический состав:
1) письменное согласие всех иных членов семьи нанимателя (сонанимателей) на вселение;
2) согласие наймодателя на вселение;
3) письменное вселение;
4) ведение общего хозяйства с нанимателем.
При этом следует учитывать, что для приобретения права на жилое помещение членом семьи нанимателя все указанные юридические факты должны иметься в наличии в их совокупности, а отсутствие хотя бы одного из них свидетельствует о том, что фактический состав является незавершенным, и следовательно, лицо не приобретает права пользования жилым помещением по договору социального найма.
При этом если речь идет о других лицах, вселяемых нанимателем в жилое помещение, то в силу ст. 69 ЖК РФ следует прийти к выводу, что во внесудебном порядке они не могут быть признаны членами его семьи и вселены нанимателем в этом качестве в занимаемое им жилое помещение. Такие лица могут быть признаны членами семьи нанимателя только в судебном порядке и только в исключительных случаях, причем хотя бы примерные характеристики таких исключительных случаев закон не называет. Однако из самого понятия членов семьи очевидно, что они должны как минимум проживать с нанимателем и вести с ним общее хозяйство, так же как и другие родственники нанимателя и его нетрудоспособные иждивенцы.
Ранее в качестве дополнительного условия правоприменительная практика считала необходимым также устанавливать отсутствие права на другое жилое помещение (по договору найма, права собственности или членства в жилищно-строительном кооперативе) у гражданина, претендующего на признание его членом семьи нанимателя <4>. Скорее всего, это было связано с расширительным толкованием ст. 106 ГК РСФСР, в силу которой в личной собственности гражданина может находиться лишь один жилой дом, а также ст. 89 ЖК РСФСР - о том, что в случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считается расторгнутым со дня выезда. В настоящее время судебной практикой сформулирован, по сути, противоположный принцип, заключающийся в том, что наличие в собственности гражданина жилого помещения само по себе еще не свидетельствует об отказе этого гражданина от пользования жилым помещением по договору социального найма <5>. Однако следует учитывать, что жилое помещение по договору социального найма должно предоставляться, как указывалось ранее, только малоимущим гражданам и иным указанным в законе лицам, которые не в состоянии самостоятельно обеспечить себя жилым помещением. В этой связи в настоящее время, как это ни странно, вывод правоприменительной практики о том, что в качестве члена семьи нанимателем может быть вселен гражданин, не обладающий правом на другое жилое помещение по договору социального найма, становится вновь актуальным. При этом необходимо помнить, что граждане вправе свободно передвигаться и выбирать место жительства, поэтому запрет на вселение таких граждан в качестве членов семьи нанимателя в настоящее время вряд ли будет соответствовать Конституции РФ. Представляется, однако, что в силу указанных причин граждане, являющиеся нанимателями или членами семьи нанимателя по договору социального найма, не могут в одно и то же время быть членами семьи другого нанимателя по другому договору социального найма. Представляется, что в случае вселения нанимателем такого лица в жилое помещение в качестве члена его семьи прежний договор социального найма в отношении его должен считаться расторгнутым со дня его выезда (ч. 3 ст. 83 ЖК РФ), даже если такое лицо продолжает состоять на регистрационном учете по прежнему месту жительства. Однако наличие у такого лица прав на жилое помещение по иным основаниям, отличным от договора социального найма, в современных условиях ни в коей мере не может считаться правопрепятствующим фактом для признания его членом семьи нанимателя по договору социального найма.
--------------------------------
<4> Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1986. N 9.
<5> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 апреля 1998 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 9.

Правоприменительной практикой, сформировавшейся на основе ранее действовавших законодательных актов, были сформулированы некоторые критерии, которые позволяют констатировать факт наличия семейных отношений. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. N 2 говорилось, что, "разрешая вопрос о признании членом семьи нанимателя других лиц (кроме супруга, детей, родителей), суд обязан выяснить характер их отношений с нанимателем, членами семьи, в частности установить, имели ли место ведение общего хозяйства (общие расходы), оказание взаимной помощи, другие обстоятельства, свидетельствующие о наличии семейных отношений" <6>. Иными словами, правоприменительная практика, по сути, проигнорировала указание закона на некоторый исключительный случай, при наличии которого могут быть признаны семейные отношения между нанимателем и другими лицами. Также Пленум Верховного Суда СССР в этом Постановлении подчеркивал, что "лица, указанные в ст. 54 ЖК РСФСР и соответствующих статьях ЖК других союзных республик, приобретают равное с нанимателем и членами его семьи право на жилую площадь при условии, что на их вселение имеется согласие всех членов семьи" <7>.
--------------------------------
<6> Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 апреля 1987 г. N 2 (в ред. от 30.11.1990) "О практике применения судами жилищного законодательства" // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по гражданским делам. М., 1994.
<7> Там же.

Следует также учитывать, что ранее при вселении нанимателем других граждан в качестве членов своей семьи в силу ст. 54 ЖК РСФСР с ними мог быть оговорен особый порядок права пользования жилым помещением, вследствие чего, являясь членами семьи нанимателя, они могли и не приобрести прав на жилое помещение. Правоприменительная практика достаточно строго придерживалась указанного правила, и наличие оснований полагать, что при вселении был оговорен особый порядок пользования жилым помещением, несмотря на наличие семейных отношений с нанимателем, являлось основанием к отказу в иске о признании права на жилое помещение члена семьи нанимателя <8>.
--------------------------------
<8> Постановление Пленума Верховного Суда Армянской ССР от 14 декабря 1984 г. по делу по иску Аветисян И. к Аветисяну С. и Аветисяну К. о разделе жилого помещения (извлечение) // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1985. N 2.

В современных условиях подобные соглашения заключаться не могут, поэтому наличие письменного согласия всех членов семьи нанимателя, включая временно отсутствующих, на вселение свидетельствует о том, что между ними достигнуто согласие о том, что вновь вселяемый член семьи нанимателя приобретает равное со всеми право пользования жилым помещением по договору социального найма. Это также свидетельствует о том, что договор социального найма является своего рода квазидоговором, в котором договорная частноправовая форма лишь обрамляет публично-правовое содержание, а потому детально предусмотренные законом условия этого договора практически не могут меняться по соглашению сторон.
Исходя из предшествующего изложения, также можно сделать вывод, что в данном случае речь идет о сложном фактическом составе, элементы которого накапливаются в строгой последовательности и отсутствие первого из элементов которого влечет и невозможность появления последующих элементов, так как по смыслу закона письменное согласие всех членов семьи нанимателя и наймодателя должно иметь место именно при вселении, но не после него.
В то же время возникновение элементов сложных фактических составов всегда обусловлено содержанием таких субъективных прав, которые предоставляют их обладателю исключительно возможность требования от обязанного субъекта совершения определенного действия. И наоборот, элементы простых фактических составов либо вообще не зависят от воли субъектов права, либо охватываются содержанием их правоспособности или таких субъективных прав, содержание которых в большей степени сводится к возможности активного поведения их обладателей.
В рассматриваемом фактическом составе мы видим, что вселение какого-либо лица в жилое помещение нанимателем охватывается содержанием субъективного права последнего, причем такого права, которое в большей степени предоставляет ему возможность собственного активного поведения. Письменное согласие иных членов семьи на вселение уже охватывается содержанием аналогичного субъективного права указанных лиц, поскольку никто не может требовать от них предоставить такое согласие. И наконец, факт ведения общего хозяйства (общие расходы), оказание взаимной помощи, другие обстоятельства, свидетельствующие о наличии семейных отношений, которые должны иметь место для признания других лиц членами семьи нанимателя, целиком охватываются правоспособностью самого нанимателя и указанных граждан. Все это свидетельствует в пользу того, что перед нами простой фактический состав, элементы которого могут возникать в любой последовательности. Главное, чтобы в определенный момент они появились все вместе.
Именно к такому выводу приходит и судебная практика. Так, по мнению Верховного Суда РФ, даже при отсутствии подтверждения письменного разрешения кого-либо из совершеннолетних членов семьи нанимателя на вселение в жилое помещение иных лиц суд может признать за такими лицами право на жилое помещение, если при рассмотрении спора в суде будет установлено, что их вселение было произведено с ведома и согласия всех совершеннолетних членов семьи нанимателя <9>.
--------------------------------
<9> Некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 8. С. 17 - 18.

Таким образом, в действительности мы имеем дело с простым фактическим составом, элементы которого могут возникать в любой последовательности. Так, например, может иметь место вселение гражданина в качестве временного жильца; впоследствии между этим гражданином и нанимателем возникнут семейные отношения (совместное проживание и ведение общего хозяйства), а иные граждане не будут возражать против пользования этого гражданина жилым помещением.
Кроме того, следует иметь в виду, что необходимость именно письменного согласия членов семьи нанимателя, скорее всего, была обусловлена тем, что основополагающий элемент этого фактического состава - вселение - всегда рассматривался правоприменительной практикой в качестве сложного юридического факта, как вселение с соблюдением правил прописки (регистрации). В этой связи письменное согласие всех совершеннолетних граждан впоследствии предоставлялось в органы регистрационного учета для регистрации по месту жительства. В случае если такое согласие не было получено, то в регистрации отказывалось, а следовательно, вселение не считалось состоявшимся (п. 12 и 21 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации <10> - далее Правила регистрации). Однако, как указывалось ранее, Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что вселение должно рассматриваться как простой юридический факт, и поэтому оно считается состоявшимся даже при отсутствии регистрации по месту жительства. В этой связи Конституционный Суд пришел позднее также к выводу о том, что органы регистрационного учета не могут отказывать в регистрации по месту пребывания (по месту жительства), и поэтому были признаны не соответствующими Конституции РФ указанные пункты Правил регистрации <11>. Впоследствии они были исключены Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 августа 2002 г. <12>.
--------------------------------
<10> Утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 г. N 713 "Об утверждении Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и Перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию".
<11> Постановление Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1998 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности пунктов 10, 12 и 21 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 г. N 713".
<12> Постановление Правительства РФ от 14 августа 2002 г. N 599 "О внесении изменений и дополнений в некоторые акты Правительства Российской Федерации".

В то же время весьма характерным является то, что уже после признания указанных пунктов Правил неконституционными, т.е., по сути, после утраты ими юридической силы (часть четвертая ст. 87 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" <13>), Верховный Суд РФ пришел к выводу, что органы регистрационного учета могут отказать в регистрации по месту жительства, если на вселение не получено согласие всех совершеннолетних членов семьи нанимателя. При этом было указано, что "вселение гражданина в соответствии с его выбором в жилое помещение, право на которое принадлежит другим гражданам, возможно только с их согласия, с учетом норм жилищного законодательства, в частности ст. 54 ЖК РСФСР, предусматривающей, что наниматель вправе вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей и других лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи" <14>.
--------------------------------
<13> Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ (в ред. от 02.06.2009) "О Конституционном Суде Российской Федерации".
<14> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 3 апреля 2001 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2001. N 9.

Иными словами, несмотря на то что Конституционный Суд Российской Федерации прямо указал, что Закон Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" не устанавливает оснований для отказа в регистрации граждан по месту пребывания и месту жительства и что поэтому таких оснований не может содержаться в подзаконном акте, Верховный Суд все-таки считает, что органы регистрационного учета вправе отказывать в регистрации по месту пребывания и жительства.
Для объяснения ошибочности позиции Верховного Суда Российской Федерации следует еще раз указать на то, что регистрация сама по себе не влечет возникновения у кого бы то ни было права пользования жилым помещением. Она лишь является доказательством того, что гражданин проживает в определенном жилом помещении. Из этого следует, что в том случае, если гражданин предоставит не соответствующие действительности сведения о наличии права пользования жилым помещением и будет зарегистрирован в этом жилом помещении (так как ему не может быть отказано в этом случае в регистрации), то права пользования жилым помещением у этого гражданина все равно не возникнет. Иными словами, регистрация по месту пребывания и жительства никоим образом не должна влиять на возникновение, изменение или прекращение права на жилище. Это лишний раз подтверждает ранее высказанное мнение о необходимости отмены самостоятельного акта регистрации по месту жительства и преобразования, таким образом, сложного факта места жительства в простой юридический факт.

Бакирова Е.Ю.

Комментарии 0

Вы допустили ошибки при заполнении формы